Меню
16+

Общественно-политическая газета «Трибуна»

23.07.2021 07:36 Пятница
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

Василий Рагузов

Автор: Борис ЧУБАР.

(Продолжение)

 Из письма первого парторга совхоза «Киевский» Утегена Кабазиева в студенческую многотиражку «Радянский студент»:

 «30 человек — бригада строителей — жили некоторое время в Атбасаре, получали прибывающие в совхоз стандартные дома. Переправлять туда им газеты и журналы мы, признаться, позабыли. Заходит ко мне прораб и говорит недовольно: «Живем как на необитаемом острове. Негоже это, парторг».

 Ошибку свою мы, конечно, исправили. А Рагузова я сразу приметил: инициативный, напористый, беспокоится о людях. Поговорил с членами бюро. Утвердили его агитатором. И не ошиблись. Он оказался настоящим вожаком и умелым воспитателем. И вообще в нем была очень сильна общественная жилка. Все стенгазеты, наглядная агитация для совхоза делались с его участием. Особенно популярной была в совхозе стенгазета «Окно сатиры», которую оформлял Василий.

 Мне часто приходилось говорить  с Рагузовым. Он хорошо разбирался в политике, любил литературу и искусство. Рассказывал нам о семье, показывал фотографии жены и сыновей. Был простым, скромным, веселым человеком. Любил шутку. Я прошел войну, но могу сказать: он был бесстрашным, когда нужно было защищать интересы коллектива, принципиальным коммунистом.  связи с этим вспоминаю один случай.

 Среди вновь приехавших оказалось несколько хулиганов и лодырей. Они пьянствовали, дрались, отлынивали от работы. Мы принимали всевозможные меры, стараясь приобщить их к труду, но, увы, они продолжали вести себя по-прежнему. Созвали общее собрание. Держали они себя, однако, вызывающе, развязно, кричали, что в совхозе, мол, нет условий для работы. В это время в палатку вошел Рагузов с друзьями. Послушав минуту-другую крикунов, Василий сказал веско:

 — Предлагаю отобрать у хулиганов комсомольские путевки и уволить их из совхоза. Чистое дело надо делать чистыми руками.

 Собрание дружно поддержало прораба».

 Из писем Василия Рагузова:

 «Поручена мне ответственная задача — строительство совхозного городка. Думаю, что справился с этой работой на первых порах неплохо. Помогли и знания, полученные в институте. Во всяком случае, мой участок — по планировке — оценен лучше аналогичных участков в других совхозах. Представь себе, Симочка, как тяжело было начинать  на голом месте, где, может быть, не ступала нога человека. И потом, не хватает инструментов, материалов, мало людей… Вставать приходилось с жаворонками, в четыре часа, иногда в полпятого, ложиться в двенадцать, в час. Ночью приходили машины с грузами (транспорт работает круглосуточно) — приходилось подниматься.

 Зато приятно сейчас, после всего пережитого в первые недели, уже видеть скромные плоды своего труда. Приятно и отрадно понимать, что первый столб вбит твоими руками, первый выброшенный кубометр грунта, первый камень, уложенный в фундамент, послужат основой жизни людей, покоряющих природу. Хотелось бы довести начатое дело до конца, а на это потребуется 5-10 лет…»

 «Начали строить хозяйственным способом клуб на 140 мест, а также кузницу с электростанцией, временную конеферму, коровник. Построили водокачку, буровую (вода хорошая). Приступили к строительству еще восьми домов. Свой дом оставил на весну, нет стенового материала. Работает почта, устанавливается радиоузел, действует рация…»

 Не правда ли, приведенные отрывки из личных писем больше похожи на докладную записку? Количество домов, объектов, объемы выполненных работ — все это, чем ежедневно и еженощно жил целинный прораб. А свой дом оставил на весну — нет (для себя!) стенового материала…

 А весной — напряжённейшая страда: пахота и сев, и все остальные заботы и непервоочередные работы перешли временно на второй план. Строителей пришлось послать на помощь полеводам, и прораб Рагузов, удивив всех, добровольно вызвался на время пахоты и сева поработать прицепщиком.

 Мощные тракторы с трудом вспаывали спрессованную веками степь. Особенно трудно проложить первую борозду — прямую, длинную, уходящую за горизонт. В один конец вести трактор утомительно долго, особенно ночью. Мерно, убаюкивающе урчит мотор. Тракторист, понаблюдая, управляется ли с непривычным делом новый прицепщик (хорошо управляется — хватка у прораба есть), вдруг запел во все луженое горло. Нет, не от переполнивших его чувств, он поет, чтобы не уснуть.

 Днем проще. Днем есть хоть на чем глазу остановиться. Вот парит в поднебесье ястреб — этот знает, чего хочет, и рано или поздно своего добьется: охота — его профессия. На первый взгляд беспомощно судорожными рывками прыгает юркий тушканчик. Если вспугнуть его ночью и захватить в клещи автомобильных фар, он так и будет прыгать в полосе света, боясь свернуть в сторону, в темень, где спасение.

 Некоторым водителям понравилось такое развлечение — прибавить газу, настичь и безжалостно раздавить зверька. Один, смеясь, бахвалился: вчера, пока ехал от Атбасара, троих ухлопал. «Зачем? Какая в этом надобность? — спросил Рагузов, невольный свидетель разговора. — Да это же свинство, варварство — губить без нужды беззащитное животное. Давайте прекращать подобные игры. Узнаю — буду наказывать». Прекратили. Слово у прораба, как было всем известно, твердое.

 Из писем Василия Рагузова:

 «Самое главное — поднял совхоз 30 тысяч га целины, всех больше в Атбасарском тресте и вторым в области. Урожай хороший… Вообще в Казахстане урожай очень высокий везде. В районе все колхозы миллионеры. Весной была степь, а сейчас кругом пахота, все черно. При самом минимальном урожае на будущий год совхоз даст государству около полумиллиона центнеров зерна, и доход будет около 4 миллионов рублей. В этом году закладываем сад и парк…»

 Он не участвовал в закладке сада и парка, не сумел построить домик для семьи, о котором писал Серафиме Васильевне как о деле практически решённом («Скоро, очень скоро мы будем вместе и счастливы…»), он многое не успел, и как же много он сделал за свою недолгую жизнь, какую оставил о себе неизгладимую память в сознании, сердцах тех, кто близко знал его, и миллионов тех, кому стал известен его подвиг, его яркая короткая жизнь.

  О подвиге Рагузова Л. И. Брежнев так рассказывает в «Целине»: «Помню, как всех на целине потрясла гибель студента-заочника… Василия Рагузова. Одним из первых он приехал в совхоз «Киевский» и стал работать прорабом. Способный организатор, хороший товарищ, человек веселого, общительного нрава, он быстро завоевал авторитет и любовь первоцелинников. В один из ясных дней в составе колонны Рагузов вез со станции сборные дома для первой совхозной улицы (ныне — улица его имени. — Б.Ч.). Неожиданно начался необычайной силы буран, длившийся потом несколько суток. Колонна остановилась. Василий решил идти за помощью. Пошел один, заблудился и погиб. Это был мужественный, огромной воли человек».

 Они, первоцелинники, жили в состоянии особого подъема и нетерпения, когда казалось, что даже сделанное ценой невероятных усилий можно было сделать быстрее и лучше, а каждая задержка, промедление представлялись им непростительными. И Рагузов пошел в буран.

 Он был старшим в колонне — не по возрасту, по должности, он был коммунистом и считал, что именно на нём прежде всего лежит главная ответственность за судьбы людей и срочного груза.

И наконец, он пошел один, потому что, хотя и был уверен в своих силах, все же, видимо, допускал, что элемент риска в его предприятии есть. Но по складу ума и характера он принципиально не принимал той позиции, которую Ленин образно называл безошибочно спасительным бездействием, и потому пошел навстречу буре.

 Когда на областной комсомольской конференции зачитали написанные Рагузовым строки (предсмертные), сообщал в «Правде» Петр Проскурин, делегаты в единодушном порыве встали, потому что нравственные горизонты строителя Рагузова были устремлены в будущее, потому что погиб большой и красивый человек.

 Во Львовском политехническом институте есть аудитория имени Василия Рагузова — здесь его портрет, стенд, где собраны фотографии, фотокопии документов, писем, страниц из дневника. В этой аудитории проходят Ленинские уроки, комсомольские собрания, встречи с ветеранами партии и комсомола. Ежеквартально лучшей комсомольско-молодёжной бригаде строителей Львовщины, добившейся наивысших показателей в борьбе за эффективность производства и качество работы, присуждается приз имени героя целины.

 Каждый год сотни студентов-политехников в составе строительных отрядов выезжают на самые различные стройки страны. И по давней традиции одному из отрядов присваивается имя Василия Рагузова.

 В год 25-летия освоения целинных земель бойцы областного строительного отряда поддержали инициативу комсомольцев политехнического института — зачислить в состав отрядов почетным бойцом героя-первоцелинника Василия Рагузова. На заработанные студентами деньги сооружен памятник В. Рагузову в совхозе «Киевский» и мемориальная доска во Львове.

 В составе отряда приехал в Тургайские степи и студент третьего курса вечернего отделения младший Рагузов — Александр. Сыновья по примеру отца тоже стали строителями.

 Старший, Владимир, окончил техническое училище, работал, после армии вновь вернулся на стройку. Младший, Саша, окончил строительный техникум, работает в отделении Теплоэлектропроект, учится на вечернем отделении института, где не успел завершить образование отец. С волнением вспоминает свой первый приезд в составе студенческого отряда в совхоз «Киевский» и те трудно передаваемые словами чувства, которые он испытал, посетив могилу отца, — совсем так же, как и многие ребята предвоенных лет, он знал отца лишь по фотографиям, письмам да рассказам мамы. На целине ходил проложенными отцом улицами, каждый день подолгу стоял у обелиска возле сопки, слушал рассказы старожилов, тех, кто работал с первым прорабом.

Второй раз он приехал в совхоз с матерью Серафимой Васильевной и Володей: их пригласили на торжества по случаю 25-летия освоения целинных земель.

 Много было встреч, рассказов, воспоминаний и слез, но одна встреча особенно отчетливо отпечаталась в памяти — они увиделись с Утегеном Кабазиевым, которого знали до этого лишь понаслышке, лишь по его письмам.

 Рагузовых на казахстанской земле встретили по-русски — хлебом и солью, и они увезли на далекую Украину не только память о ставших лично им родными местах, но и самое дорогое, что люди могут подарить друг другу, — теплоту человеческих сердец.

 В дни юбилейных целинных торжеств в совхозном домике, построенном двадцать пять лет назад, открылся музей Василия Рагузова — совхозного прораба. Среди экспонатов — «Целина» Л. И. Брежнева на разных языках, личные вещи, газетные и журнальные вырезки, фотокопии документов и писем, собранные первоцелинниками, учителями и учащимися местной школы.

 «Целина стала настоящей школой трудовой закалки, идейно-политического, нравственного и интернационального воспитания многих и многих сотен тысяч молодых людей. Освоение целинных и залежных земель вошло героической страницей в летопись грандиозных свершений нашей страны…

 Нас радует, что нынешнее молодое поколение, унаследовавшее революционную страстность красных коммунаров, героизм фронтовиков, гражданственность и патриотизм целинников, достойно приумножает богатство и могущество нашей любимой Родины». (Из письма первоцелинников, героев книги Л. И. Брежнева «Целина» в редакцию «Комсомольской правды».)

 Среди героев целины, подписавших письмо — а их имена знает вся страна, — нет фамилии Василия Рагузова, но он по праву прожитой им недолгой, не героической жизни мог бы подписать этот взволнованный документ.

 …Тенистыми аллеями Стрыйского парка неторопливо идет моложавая, скромно одетая женщина, с любопытством, словно впервые, всматриваясь в разнообразную парковую красоту. Здесь любил бывать Василий, на его этюдах и пейзажах многие живописные уголки парка. Вокруг женщины, выписывая замысловатые орбиты и громко выражая свой восторг, носятся двое сорванцов — с первого взгляда видно: родные братья. Кажется, они ведут забавную игру — кто больше задаст вопросов:

 —Баб, как называется эта птаха?.. Цветок?.. Дерево?.. А это, бабушка, что это?..

 Внуки Рагузова… Очень хочется верить, что и они осознают и воспримут высокие нравственные принципы, по которым жил целинный прораб, что и для них путеводной нитью станет та главная, заветная мысль-надежда, мысль-завещание, обращенная в письме Василия к сыновьям.

Главное ведь — действительно быть в жизни человеком. Настоящим человеком.

Борис ЧУБАР. 

4